SILSILA

Фонд поддержки и защиты людей в трудной жизненной ситуации

www.silsila.help
Блог помогает резидентам Рабочей Станции знакомиться. Просто так подойти к человеку: «Привет! А чем ты занимаешься, кстати?» — как-то неловко.
Хотя наверняка среди трудящихся за соседним столом есть те, с кем любопытно было бы пообщаться.
В блоге можно узнать, кто есть кто, присмотрев для себя потенциальных партнеров, или клиентов, или — быть может — друзей.

— Расскажите о вашем проекте и о том, чем вы в нем занимаетесь?
Мы — фонд SILSILA. В целом, бренд SILSILA уже известен как приложение помощи в ситуации насилия. Фонд работает в рамках того же бренда и с той же проблемой, проблемой домашнего насилия, но с более узкой специализацией. Фонд адресован женщинам, которые имеют статус мигрантки или беженки, а также в более широком смысле — представительницам восточных культур. Нам не так важен факт гражданства, дело скорее в культурном бэкграунде — женщина может быть гражданкой РФ, но в связи с принадлежностью к определенной культуре, к определенной религии, сталкиваться с теми же жизненными трудностями и с насилием. Мы считаем необходимым помогать широкой аудитории. Учредительницы фонда — певица Манижа и её мама, а я — его директор.

Фонд как организация был зарегистрирован 10 ноября, а 25 ноября мы запустились и начали принимать обращения, то есть мы только начинаем свою работу. На данный момент набрана помогающая команда – два психолога, два кейс-менеджера и юрист, они будут работать в фонде на первых этапах. В первые три месяца мы планируем заниматься только консультациями, чтобы лучше понять нашу аудиторию, её проблемы, запросы, и чтобы проверить некоторые наши гипотезы. Дальше мы планируем развиваться в более сложных направлениях – это кризисное жильё, индивидуальная помощь, помощь с трудоустройством и обучением, и другие меры по восстановлению социализации. Но это пока в перспективах, начнём мы в формате консультационной службы.
Как вы пришли к идее работы в благотворительной сфере?
Темой домашнего насилия я занимаюсь с 2017 года, тогда же запустила собственный волонтёрский проект, направленный на борьбу с этой проблемой. С этого момента и развиваюсь в этом направлении как профессионал. В самой сфере благотворительности и волонтёрства я давно, больше 13 лет.

С основательницами фонда я познакомилась на этапе зарождения их идеи. Как эксперт я участвовала в разработке стратегии фонда, а потом мы решили продолжить сотрудничество, и я стала руководителем организации.
Расскажите немного о контексте работы некоммерческих организаций в России. Как живет сейчас этот мир, какие перспективы и трудности?
Конечно, есть свои сложности, некоммерческому сектору сейчас тяжело. В первую очередь, из-за пандемии, которая сказалась на общем экономическом благополучии: очевидно, что финансирование благотворительных организаций напрямую зависит от благополучия людей. Люди готовы поддерживать благотворительность, только когда закрыты их базовые личные нужды. Из-за этого благотворительная активность снизилась: стало сложнее с массовым фандрайзингом и с грантами от организаций, остро не хватает стабильности. С другой стороны, если говорить о культуре благотворительности в России и о восприятии проблемы насилия в обществе, то здесь изменения положительные. Общество взрослеет, с точки зрения благотворительности, мы уходим от несистемных форм помощи, от «серых» и полумошеннических схем, благотворительность становится прозрачнее, а люди – осознаннее. Повестка домашнего насилия за последние лет пять стала приниматься, пониматься, стала более актуальной. Это помогает нам работать.
Какие формы помощи вы планируете принимать?
—Как и другие некоммерческие организации, будем принимать пожертвования, в первую очередь, хотим надеяться на рекуррентные «подписки». Они позволяют обеспечивать стабильность, которая так важна для помогающей работы. Мы не можем сегодня предложить помощь человеку, а завтра сказать: «Извините, у нас изменились возможности, мы не можем вам помочь». Груз ответственности очень большой по сравнению, допустим, с какими-то процессами, где можно что-то перепланировать, что-то отложить.

Кроме пожертвований будет, конечно, волонтёрство. Уже сейчас, на этапе запуска проекта, есть люди, которые хотели бы волонтёрить. Нам еще предстоит выяснить, в каких конкретно сферах нам будет нужна помощь, будем постепенно открывать вакансии. Я сама пришла в некоммерческий сектор через волонтёрство, и для меня эта идея очень важна – помимо профессиональной работы я продолжаю волонтёрскую деятельность.

Будет и более системное, более стабильное партнёрство с организациями, компаниями, в нём мы тоже очень заинтересованы. Собственно, «Рабочая станция» - наш первый партнёр, с благодарности которому мы и начнем. Потому что это уже очень ощутимый вклад — закрыть вопрос офиса для нас было очень важно.
В одиночку нереально справиться со всеми вызовами, а поддержка бесконечно ресурсна.
Как вам атмосфера и стиль работы коворкинга?
Я никогда раньше не работала в коворкинге, но это оказалось очень комфортно. Первое время я постоянно делилась со своими близкими ощущением восторга от атмосферы увлечённости делом, когда работа вовлекает и доставляет удовольствие. Я не трудоголик, но верю, что сфера профессиональной реализации очень важна для человека. И здесь есть постоянное ощущение рабочей атмосферы и общей энергии в едином пространстве. Ну и условия просто комфортные — Wi-Fi, чай, принтер, всё необходимое. Мне очень нравится.
— Работа некоммерческих организаций часто связана с эмоциональным и профессиональным выгоранием. Сталкиваетесь ли с этим вы и ваша команда?
Проблема выгорания актуальна в принципе для любой сферы — это общая уязвимость любого человека. Самопомощь и самозабота нужны каждому. В своей работе руководителя благотворительных проектов я всегда уделяю этому внимание, потому что из собственного опыта знаю, как тяжело потерять ресурс и мотивацию. Я веду Школу Волонтёров, и выгоранию у меня посвящено отдельное занятие, на котором мы говорим о признаках этого состояния, о важности заботы о себе. Приходится пропускать через себя большой объем эмоционально заряженной информации — тема насилия не проста, и сколько бы ты в ней ни работал, она трогает.

Для меня очень ресурсно партнерство. Это одна из ценностей, на которых строится работа фонда — поговорка «один в поле не воин» в нашем деле, в работе НКО, в теме насилия всегда актуальна. В одиночку нереально справиться со всеми вызовами, а поддержка бесконечно ресурсна. Для меня важно, что на сайте фонда наша первая новость — слова благодарности тем, кто еще до начала работы нам помогал, делился опытом, ресурсами. Это очень заряжает.


— Как начать заниматься волонтерством?
В первую очередь, волонтёрство упирается в мотив. Сейчас эта тема на слуху, кажется, что всем нужно этим заниматься, но важно понимать, действительно ли это необходимо лично вам. Это не панацея и не обязательная социальная нагрузка. А если появляется понимание того, что это вам надо, важно разобраться в причинах потребности. Это может быть профессиональным интересом, а может быть личной историей, например, непрожитым конфликтом или неудовлетворенной потребностью. Желание помогать другим может быть ответом на личный сложный опыт. В таком случае нужно начать с работы с собственной травмой — «надеть маску сначала на себя, а потом на другого». Помочь другому мы можем, только когда помогли себе, и это одна из ключевых идей в моем профессиональном подходе. А если после этого остались желание и ресурс помогать другим, то это замечательно. Сейчас в России и особенно в Москве много волонтерских инициатив, я думаю, что каждый сможет найти что-то для себя.
Анастасия Бабичева
директор фонда SILSILA

Резидент
Рабочей Станции Plaza

Понравился проект, хотите познакомиться, но не знаете, как? Пишите на hello@coworkstation.ru